Если бы все канадцы посетили Квебек, то большинство из них признало бы, что это не только «настоящая» Канада первых европейских поселенцев, но и провинция, в которой наиболее полно представлен классический образ этой огромной страны.

Сначала о территории провинции. Она поистине огромна: в семь раз превышает Британию и в три раза Францию. Две трети всей ее площади покрывают леса - хвойные на севере (служат сырьем для целлюлозной и бумажной промышленности) и лиственные на юге. Особенно важное значение имеет клен, его лист даже изображен на государственном флаге. Сок этого дерева используется для приготовления деликатесного кленового сиропа, прочно ассоциирующегося с Канадой. Есть здесь также ясеневые, дубовые и березовые леса; осенью они расцвечивают окрестности алыми, янтарными и золотистыми красками.

В провинции осталось меньше бобров, чем во времена торговли пушниной, но все же достаточно, чтобы валить много деревьев и устраивать запруды. Олени и лоси встречаются в изобилии, а дальше на севере пасутся стада карибу.

Там, где нет лесов, городов или фермерских земель, освоенных жителями долин реки Св. Лаврентия и лоялистами из восточных районов, как правило, много воды. Могучая река Св. Лаврентия связывает Атлантический океан с Великими озерами. Гигантские дамбы вырабатывают энергию на севере, в бухте Джеймса, и на востоке, на реке Маникуаган. В местных реках и озерах в изобилии водятся лососи, форели, утри и щуки.

Хотя Монреаль является двуязычным городом, в городе Квебеке, старой столице Новой Франции, и в сельских районах вдоль реки Св. Лаврентия и полуострова Гаспе говорят только по-французски. Квебекцы по праву считают себя одними из основателей канадской нации. Получив обидное прозвище «проклятых французов»(maudits français),они считали только себя заслуживающими названияcanadiens, узурпированного британцами. В их девизеJe те souviens («Я помню») гордость за прошлые заслуги сочетается с обидой на злую судьбу. Именно они приложили первые, самые тяжелые усилия, чтобы наладить жизнь в этом суровом краю. Как и во всех колониях, их миссионеры, торговцы и солдаты приносили в жизнь коренных жителей больше религии, алкоголя и ружей, чем им могло понадобиться. Квебекцы понимали, как важны помощь и знания этих людей для освоения новых земель. Некоторые торговцы пушниной брали в жены местных женщин, так что сегодня многие квебекцы прослеживают свою родословную вплоть до индейских предков.

За пределами Монреаля будьте готовы к тому, что с вами могут не говорить по-английски. Завоевать расположение квебекцев вы можете вежливым «bonjoir». Имейте также в виду, что по закону провинции Квебек большая часть вывесок и указателей франкоязычны.

 

Одна из самых популярных песен в Квебеке, на стихи народного поэта Жиля Виньо, начинается словами: «Моя страна - это не страна, а зима» («Mon pays, ce n'est pas un pays, c'est l'hiver»). Как это часто бывает с квебекцами, нельзя догадаться, хвастаются ли они при этом или жалуются. Лишь самые крепкие туристы способны вынести суровую квебекскую зиму, когда температура держится ниже нуля до шести месяцев в году. В Монреале первый снег обычно выпадает в конце октября и лежит до середины апреля, а неожиданные снегопады случаются и в мае. Городская жизнь впадает в спячку, теплясь лишь в подземном лабиринте магазинов и ресторанов под центральными офисными зданиями. Озера и реки покрываются льдом. Центральное отопление борется с пронизывающим ветром, но людям нравится поздним вечером отдыхать вокруг костра с лучшим пивом в Канаде или с карибу -сногсшибательным коктейлем, который может включать портвейн, водку, красное вино, бренди и даже ложку кленового сиропа. Однако, какими бы приятными ни были такие посиделки, весеннее таяние снегов приносит огромное облегчение, а когда наступает время сбора кленового сока (в марте или в апреле), все лакомятся печеными бобами с черной патокой, копчеными колбасками и ветчиной, разумеется сдобренными кленовым сиропом.